Проект «Наследие». Выпуск 12. Кузнецы Победы
В очередном выпуске программы «Наследие», посвященной военной истории Выборгского района, мы расскажем о людях, которые, находясь в тылу, приближают Победу нашей страны в специальной военной операции. Вы узнаете, какие посылки бойцы на фронте ждут с особым нетерпением, а также чем будут заниматься волонтёрские организации после окончания боевых действий. Сами участники СВО поделятся своим мнением о важности поддержки армии народом.
Уже 80 лет жители Выборгского района не слышали звуков битв, грохота выстрелов и разрывов снарядов. На нашей земле не велось боевых действий с 1944 года. Но в последнее время над Выборгским районом, как и над всей Ленинградской областью всё чаще появляются боевые беспилотники. Эхо специальной военной операции докатилось до берегов Финского залива. Но выборжцы делают всё возможное, чтобы защитить свою землю. Кто-то отправился на фронт, чтобы принять непосредственное участие в СВО, а кто-то остался в городе, но при этом оказывает неоценимую помощь нашим бойцам. О них мы сегодня и расскажем.
Станислав Карпухин родился и вырос в Выборге. В 2009 году пошёл в армию. Служил в Сыктывкаре в инженерно-сапёрном полку. После срочной службы подписал контракт и поехал в Чечню.
Много задач выполняли по разминированию территории после контртеррористической операции. Также участвовали в самой контртеррористической операции – с Федеральной службой безопасности мы выходили на задания, искали схроны и тайники. Уничтожали все отголоски Чеченской войны, — СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
Станислав закончил службу в 2015 году в звании сержанта и вернулся домой. Работал в горнодобывающей отрасли. Но когда в 2022-м началась мобилизация, не раздумывал ни секунды.
Я проснулся с утра. Все бегают и кричат, что объявили мобилизацию. Я подумал, что это шутка. Приготовил себе завтрак, сел, включил телевизор и услышал выступление Владимира Владимировича о частичной мобилизации. Я смотрел на требования и у себя в голове под каждым пунктом ставил галочки. Не старше 35 лет – галочка. Имеющие боевой опыт – галочка. Я уже знал, что приму участие в специальной военной операции. Я с работы поехал в военкомат, чтобы узнать, где моя повестка. Оказалось, что я опоздал и её уже отправили на работу. Вернулся на работу, собрал вещи, попросил два дня на сборы, — СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
На фронте Станислав попал в роту полковой разведки и получил позывной Борода.
На СВО задачи выполняли разведывательного характера – нахождение цели, передача координат артиллеристам. Ну и, конечно же, это задачи бытового характера – это приготовить поесть, найти ночлег, обустроить быт и тому подобное, — СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
На СВО Станислав провёл 3 месяца. Потом их бронетранспортёр подорвался на мине. Карпухин, сам получивший тяжёлое ранение, вытащил своих сослуживцев из горящей машины. После этого – госпиталь, долгая реабилитация и медаль «За отвагу».
Сейчас не видно по мне, что получил тяжелое ранение. Но это благодаря врачам и близким. У меня был перелом челюсти в двух местах с отрывом и смещением – есть я не мог. А у нас была волонтёрка, позывной у неё Бабуля. Бабушка, которая начала меня в госпитале опекать. Купила блендер за свои деньги и готовила мне. Взбивала в блендере еду и кормила меня через трубочку, ухаживала за мной. Но не без юмора. Когда я уходил на процедуры, она оставляла мне на тумбочке орехи и яблоки. Говорила, что юмор поможет восстановиться, — СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
Не только в госпитале, но и на передовой Станислав постоянно чувствовал поддержку волонтёров, которые снабжают бойцов всем необходимым.
Фраза времён Великой Отечественной войны о том, что меч Победы куётся в тылу, имеет очень глубокий смысл. Наверное, без нашего серьезного тыла и помощи волонтеров мы бы даже ни на метр не продвинулись к победе, — СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
Одна из тех, кто куёт меч Победы в тылу – Ирина Кириллова, руководитель Фонда помощи «Выборгский рубеж». Её муж участвует в специальной военной операции с самого начала, а она оказывает нашим бойцам посильную помощь.
Эта мысль посетила нас, наверное, с первых дней начала СВО, когда наши близкие, наши друзья стали туда уходить и пришло осознание того, что нужно начать помогать, потому что, возвращаясь к моей любимой фразе со времен Великой Отечественной войны «Без тыла нет победы», нельзя забывать про тех, кто защищает наше мирное небо, — ИРИНА КИРИЛЛОВА, РУКОВОДИТЕЛЬ ФОНДА ПОМОЩИ «ВЫБОРГСКИЙ РУБЕЖ».
По словам волонтёров, доверие людей приходило постепенно. Сначала мало кто понимал, чем они занимаются и каков результат их работы.
Вначале мы начали рассказывать о себе друзьям, что вот у нас есть фонд, давайте помогите нам. И когда люди стали видеть видеоотчеты, видеоблагодарности, отчеты о том, что всё доходит, куда расходуются денежные средства, то стали подключаться и помогать. И выражаем большую благодарность нашим школам, которые постоянно участвуют во всех акциях и постоянно привозят гуманитарную помощь. Нашим предприятиям, которые не отказывают никогда и по первому кличу о помощи говорят, что готовы помочь, — ИРИНА КИРИЛЛОВА, РУКОВОДИТЕЛЬ ФОНДА ПОМОЩИ «ВЫБОРГСКИЙ РУБЕЖ».
За время своего существования Фонд отправил на передовую более 80 КамАЗов с самой разнообразной помощью. Это строительные материалы для блиндажей и укрытий, одежда и медикаменты, антидроновые одеяла и маскировочные сети. И конечно, продуктовые пайки, в изготовлении которых принимают участие даже дети. В месяц на фронт отправляется около полутысячи пайков.
У нас есть такое небольшое производство сублимированной продукции, это сухие супы и сухие каши. И ребята получают сухие каши, на крышечках которых нарисованы детские добрые пожелания. Во-первых, это вкусно и полезно, а во-вторых, это очень греет душу, потому что в этих кашах вот вся детская доброта, любовь и забота. И ребята говорят: “Мы хотим ваших каш, отправьте нам, пожалуйста, каш”. То же самое с супами, — ИРИНА КИРИЛЛОВА, РУКОВОДИТЕЛЬ ФОНДА ПОМОЩИ «ВЫБОРГСКИЙ РУБЕЖ».
У нас был такой ожесточенный артобстрел 5 часов. По нам били без устали. Не было перерывов. И мы решили в блиндаже попить чайку. И попалась мне коробочка с чаем от волонтеров. В этой коробочке шоколадка была. Шоколадка и письмо. Детское письмо. Понятно, что составлено оно было не самим ребенком, но написано оно было детским почерком, вот этим кривым, с помарками. Я понимал, что это действительно от всей души написанные ребенком слова. “Мы вас ждём, вернитесь скорее домой”. То есть это простые слова, которые так растрогали до глубины души, что я забыл, что я уже сутки не спал, что я весь мокрый и грязный. Но сил прибавило это неимоверно. Наверное, на тот момент это, можно сказать, помогло мне выжить». СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
Я очень много видела бойцов, которые буквально плакали над открытками от деток из школ, которые радовались, когда им привозят на Новый год колбасу или сгущенку. И все это, естественно, поднимает боевой дух ребят. Они чувствуют, что они не одни. Они чувствуют, что они не оторваны, что они не где-то там далеко, в другой стране или на другой планете. Они все рядом. И что наша большая страна по мере возможностей помогает. Да, это очень важно, — НИКА, УЧАСТНИЦА СВО.
Девушка с позывным Ника – действующий кадровый офицер, поэтому рассказывать о себе не имеет права. Она подписала контракт с Минобороны в 2024 году и признаётся, что ни её пол, ни молодой возраст — 23 года — не мешают выполнять задачи на фронте. По её словам – там все равны.
Когда армия ведет боевые действия, то каждый военнослужащий показывает себя в том, как он выполняет задачи. И в этот момент уже не важны принадлежность к полу, принадлежность к возрасту или к национальности. Потому что когда, например, молодой парень 18 лет с помощью FPV-дрона, который раньше вообще считали игрушкой, скидывает пацанам пятилитровку воды, которую они ждали двое суток, то они будут на него молиться, они своим женам позвонят и скажут свечку за него поставить в храме. И в этот момент уже не важно, кто он, откуда он, из какого он города приехал или на кого учился, — НИКА, УЧАСТНИЦА СВО.
Дмитрий Лобанов тоже активно работает в тылу и помогает фронту. Он капитан запаса. С 1999 по 2000 год принимал участие в Чеченской кампании, служил в 49-м отдельном инженерно-сапёрном батальоне 138-й бригады. Когда началась специальная военная операция, то он сначала просто следил за событиями по телевизору и через интернет. А потом увидел кадры работы своей бывшей бригады и понял, что не может оставаться в стороне.
Показывали подразделения 138-й бригады. Они были разбиты, были показаны кадры инженерной техники – это наша техника, на которой мы ещё в Чечне выполняли свои задачи. Сердце щемило, надо было как-то себя реализовать, чем-то помочь. Потихонечку среди спортсменов начали собирать гуманитарную помощь в одном из спортзалов города Выборга, наладили со 138-й бригадой связь, начали отправлять КамАЗы, — ДМИТРИЙ ЛОБАНОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНО «БЮРО ДОБРЫХ ДЕЛ».
Сначала Дмитрий со своими единомышленниками просто отправляли на фронт продукты и тёплую одежду – только в первую зиму волонтёры-рукодельницы связали для бойцов более 2 000 пар шерстяных носков. Но потом понял, что в помощи нуждаются не только участники СВО, но и их семьи, так как власти в то время ещё не обладали необходимыми полномочиями. Таким образом было создано общественное объединение «Бюро добрых дел», которое помогало семьям бойцов решать различные бытовые и хозяйственные проблемы. Параллельно расширялись и виды помощи фронту.
К носкам мы добавили заливку окопных свечей – она делалась кустарным способом, сами покупали воск и парафин и плавили понемножку. Начали делать сухой душ и начали вязать сети. Это было на Ленина, 7. Когда начали вязать, сразу же всё стало укрупняться, расширяться и сильно стало не хватать места. Нам пошли навстречу, и вот это помещение на безвозмездной основе администрация передала. Работаем, все довольны, здесь у нас и заготовочный цех, и семь станков стоят для плетения маскировочных сетей, — ДМИТРИЙ ЛОБАНОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНО «БЮРО ДОБРЫХ ДЕЛ».
У «Бюро» есть филиалы в Каменногорске и Гаврилово, кроме этого, они тесно сотрудничают с другими общественными объединениями и организациями. Грузы на фронт отвозят сами или отправляют через своих коллег из фонда «Выборгский рубеж», с которыми делают одно общее дело.
Если направления деятельности и разнятся, то только в плане адресной помощи – мы оказываем помощь одним военнослужащим, они оказывают помощь другим военнослужащим. В этом только разница, а так это, конечно, работа в одну копилку. В одну речку всё идет – это одна совместная большая общая работа. Все маленькие подразделения, все частники, все волонтеры, они все, скажем так, в одной нашей дружной большой тыловой семье, которая общими усилиями приближает победу, — ДМИТРИЙ ЛОБАНОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНО «БЮРО ДОБРЫХ ДЕЛ».
Мы работаем только адресно. У нас есть ребята, которым мы помогаем с первого дня, ребята из месяца в месяц скидывают свои нужды, и мы стараемся максимально закрыть эти заявки, иногда появляются новые ребята, которым мы тоже стараемся помогать. Но работаем мы только адресно с подразделениями. Можно сказать в целом, что работаем мы с 69-й и 68-й дивизией, с добровольческим батальоном «Север», 80-й бригадой, и есть некоторые ребята отдельные, которые просят помощь, — ИРИНА КИРИЛЛОВА, РУКОВОДИТЕЛЬ ФОНДА ПОМОЩИ «ВЫБОРГСКИЙ РУБЕЖ».
Одна из основных позиций в номенклатуре гуманитарной помощи – это маскировочные сети. Точки по их плетению есть и в Выборге, и в других поселениях района.
В начале нашей деятельности мы все вместе, это моё личное суждение, по количеству закрывали заявки военнослужащих не более чем на 10-12%. Сейчас мы также закрываем не больше 20% заявок – все волонтерские объединения, крупные и мелкие. То есть потребность в нашей деятельности очень большая, даже по сетям если смотреть. Мы плетём сети на четырех площадках сейчас. Плетем более 200-250 сетей в месяц и отправляем, но, если бы плели 2 000 сетей, то мы бы отправляли 2 000 сетей, поэтому никто полностью все заявки не закрывает, — ДМИТРИЙ ЛОБАНОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНО «БЮРО ДОБРЫХ ДЕЛ».
Одна из самых крупных точек по плетению сетей находится в городском Дворце культуры. Каждый день сюда приходят волонтёры, которые выкраивают несколько часов своего времени, чтобы внести посильный вклад в общую победу.
То есть, когда ты можешь, то приходишь сюда, когда тебе надо, ты уходишь отсюда. Есть у нас женщины, которые после работы приходят – в 7 часов заканчивают работу, приходят сюда и плетут сетки. Кто-то делает паучков, кто-то нарезает нам спанбонд. У нас тут все разные. Есть кто-то, кто после учебы приходит, после работы. Есть пенсионерки наши золотые, которые приходят, нарезают нам спанбонд. У них там своя группа, они сами кооперируются, назначают время, приходят и нарезают нам, потому что спанбонд приходит в больших бобинах. И, чтобы плести, нам нужны маленькие моточки, они нам делают это, — СВЕТЛАНА ТИМОФЕЕВА, ВОЛОНТЁР.
Светлана Ивановна – пенсионерка. У неё на фронте племянник. И хотя она пришла в «Выборгский рубеж» только в прошлом году, уже отвечает за весь процесс плетения сетей.
Я в Выборгский рубеж пришла только в апреле 2024 года, когда про них узнала. Сразу пришла сюда и тут и осталась. Невозможно было сидеть дома и просто так читать новости. Хотелось чем-то помочь, — СВЕТЛАНА ТИМОФЕЕВА, ВОЛОНТЁР.
Здесь плетут не только сети, но и разнообразные маскировочные накидки. Елена Батуева, например, отвечает за изготовление нашлемников. Она инвалид по зрению – плетёт практически на ощупь, но всё равно по мере сил и возможностей участвует в волонтёрской работе.
Сколько было сплетено сетей за годы СВО, волонтёры никогда не считали, но очевидно, что это внушительные объёмы.
Мы потом займемся этими подсчётами обязательно. Поднимем все записи по сетям – какое количество отправлялось. И умножим на наши 18 квадратных метров. И тогда мы точно вам скажем, сколько футбольных полей.
Большинство волонтёров – это взрослые люди и пенсионеры, у которых больше свободного времени, чем у школьников или студентов. Для них волонтёрские объединения превращаются в своеобразные клубы по интересам. Здесь люди знакомятся, общаются и, что самое главное, делают одно дело.
Если люди занимаются каким-то делом, то они идут вперёд, двигаются, у них глаза горят. Это та энергетика, которая тебя питает, которая тебя подстегивает и заставляет двигаться, потому что мы понимаем, для чего это надо, потому что люди, которые рядом с нами идут и делают добрые дела, они становятся счастливее. Вот это очень большая такая хорошая тема, — ДМИТРИЙ ЛОБАНОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНО «БЮРО ДОБРЫХ ДЕЛ».
Ни участники СВО, ни волонтёры не сомневаются, что рано или поздно все цели военной операции будут достигнуты, и она закончится. Но вместе с этим появятся и новые задачи. В основном по реабилитации и реинтеграции в общество бойцов, вернувшихся с фронта.
Мы много про это говорили. Есть у нас дальнейшие мысли, потому что, когда СВО закончится, очень много ребят вернется и им всё равно нужна будет помощь. Я думаю, что мы чуть-чуть перепрофилируем свою деятельность и также останемся помогать ребятам, которые уже будут здесь, — ИРИНА КИРИЛЛОВА, РУКОВОДИТЕЛЬ ФОНДА ПОМОЩИ «ВЫБОРГСКИЙ РУБЕЖ».
Кому-то после возвращения с СВО понадобится медицинская и физическая помощь, кому-то психологическая, а кто-то после возвращения сам начнёт помогать людям. При этом можно с уверенностью сказать, что ни один человек, побывавший в зоне боевых действий, уже никогда не будет прежним. Как минимум, у них произойдёт переосмысление жизненных ценностей.
Появляется какая-то ценность в обычных благах. Люди, которые не воевали и вообще этой темы не касаются, они не понимают, как им повезло. Как им повезло, что они живут в доме, а не под землей. Они могут выйти и увидеть небо и солнце. Они не понимают, как здорово, когда ты можешь сесть в машину и спокойно ехать. И не надо контролировать небо каждую секунду. Когда ты можешь пойти и принять горячий душ. А там люди об этом только мечтают, — НИКА, УЧАСТНИЦА СВО.
Что открылось больше всего там – это чувство человечности. Когда ты не можешь пройти мимо беды чужой, вот открыло, наверное, так сказать, чертоги вот этой человечности, она была изначально, у каждого есть она, но вот настолько это прям, оно открывает очень сильно, так сказать, чувство человечности. Но лично во мне, по крайней мере, это открыло, — СТАНИСЛАВ КАРПУХИН, УЧАСТНИК СВО.
Ещё одна важная задача – увековечивание памяти о бойцах и событиях военной операции.
У нас есть один такой социально-патриотический проект, с которым мы после окончания СВО через три месяца посетим какую-нибудь большую выставку Санкт-Петербурга, а потом и до Москвы дойдем и выставимся там. Это будет титанический труд, который увековечит нашу победу. Он займёт порядка шести-девяти месяцев. Такая трилогия, я больше не могу про это ничего рассказывать. Наша цель, наша дань – увековечить эту серьезную победу, — ДМИТРИЙ ЛОБАНОВ, РУКОВОДИТЕЛЬ АНО «БЮРО ДОБРЫХ ДЕЛ».
Уже сейчас познакомиться с историей СВО и её причинами можно в Военном музее Карельского перешейка. В этом году здесь открылась экспозиция, посвящённая боевым действиям последних лет.
Мы посмотрели, что в Ленобласти таких больших экспозиций нет. И поэтому мы здесь и создали свою экспозицию – и литература, и трофеи, и дроны. Собственно, самая лучшая коллекция в Ленобласти – у нас на данный момент. Дроны все подлинные. И российские, и дроны противника сбитые. Коллекция до сих пор пополняется, — БАИР ИРИНЧЕЕВ, ДИРЕКТОР ВОЕННОГО МУЗЕЯ КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА.
Директор музея Баир Иринчеев тоже принимает активное участие в волонтёрской деятельности. Именно на территории музейного комплекса Бюро добрых дел заливает окопные свечи. А сотрудники музея периодически отправляют гуманитарные грузы в зону СВО.
В начале СВО мы отправили туда все печки-буржуйки, которые у нас были, и отправили «буханку» нашу, которая была куплена для экскурсий по Линии Маннергейма. Она отправилась на фронт и свое предназначение выполнила, то есть она годик там поработала и потом была сожжена вражеским дроном. Сейчас мы, как правило, отправляем в библиотеки на Донбассе книги, которые наш музей издает, — БАИР ИРИНЧЕЕВ, ДИРЕКТОР ВОЕННОГО МУЗЕЯ КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА.
Значительную часть выставки, посвящённой СВО, занимает националистическая литература как напоминание о том, что слово – самое сильное оружие.
Например, очень мало кто коллекционирует националистическую и нацистскую литературу. Мы специально попросили, чтобы нам прислали целую пачку, чтобы показать, как можно поссорить народ, как рассорить людей и как идеологически их обработать. То есть это для нас тоже очень интересно. Также сейчас к нам едут российские пропагандистские листовки, которые сбрасывались с дронов – чтобы показать вот этот аспект войны. Их тоже сейчас никто не собирает. Для меня это интересно очень – как воздействовать словами, а не снарядами или дронами и пулями, — БАИР ИРИНЧЕЕВ, ДИРЕКТОР ВОЕННОГО МУЗЕЯ КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА.
Гордость экспозиции – российский дрон «Гербера». Их используют в качестве ложных целей, чтобы перегружать ПВО противника. В планах – создать в зале СВО композицию, которая будет наглядно показывать, как стремительно меняются методы ведения современной войны.
В той части зала, за маскировочной сеткой – это события до 2022 года, а эта часть зала, где мы с вами стоим – с 2022 по 2025 год. То есть мы постараемся сделать за маскировочной сеткой маленькую экспозицию, где стоит ополченец с автоматом. Потому что все уже забыли, как ополченцы выглядели в 2014 году, что у них была просто старая какая-то форма и Георгиевская ленточка. А здесь мы создадим фрагмент поля боя, где будут и воздушные дроны, и наземные дроны, и все в оптоволокне. То есть показать, как поменялось поле боя за какие-то 10 лет. Как резко шагнули вперед военные технологии, что всё не стоит на месте и по-прежнему люди изобретают самые разные способы для уничтожения себе подобных, — БАИР ИРИНЧЕЕВ, ДИРЕКТОР ВОЕННОГО МУЗЕЯ КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА.
Боевые действия – это не только защита государственных интересов. Это ещё боль и кровь. И пока мы храним память о последствиях войн, есть надежда на то, что когда-нибудь человечество научится решать все вопросы мирным путём.
Мы стараемся показать не просто какие-то предметы, а показать, что война, к сожалению, это один из видов человеческой деятельности, которым человечество занимается столько времени, сколько оно существует. У нас вон там в углу есть “чеснок”. Это колючки специальные против кавалерии средневековые и современные. То есть между ними 500 лет, но они абсолютно одинаковые, — БАИР ИРИНЧЕЕВ, ДИРЕКТОР ВОЕННОГО МУЗЕЯ КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА.
Пока специальная военная операция продолжается. Бойцы и волонтёры выполняют стоящие перед ними задачи и готовятся к новым вызовам. Но все с нетерпением ждут, когда это всё закончится, чтобы вернуться к своей обычной жизни, которой они пожертвовали ради достижения общей цели.
Я бабушка, мне есть чем заняться. Я с одного поля боя перейду на другое. Потому что сейчас меня часто просят посидеть с внуками, а я не могу – у меня есть дело. Внуки в садик пока ходят. Бабушка потом поможет. Победим — и бабушка поможет, — СВЕТЛАНА ТИМОФЕЕВА, ВОЛОНТЁР.
На этом мы заканчиваем цикл программ, посвящённых боевым действиям на территории Выборгского района в ХХ веке. Но не прощаемся. В следующем году проект «Наследие» начнёт знакомить вас с историческими событиями и интересными людьми, которые были связаны с Выборгом в различные периоды его существования. Не пропустите!
Благодарим за помощь в организации съёмок:
Фонд помощи «Выборгский рубеж»
АНО «Бюро добрых дел»
Военный музей Карельского перешейка
ГБУК ЛО «Выборгский объединённый музей-заповедник»
