Детство на валах

Сегодня, когда путешественник приезжает в Выборг, то он непременно просит провести его туда, откуда он может полюбоваться «морем», Выборгским заливом. Сделать это сейчас нетрудно – площадка у музея Искусств это одно из лучших видовых мест города, откуда открывается вид на порт, море и небо.

Именно этот пейзаж привлекал сюда и ранее, когда с этой стороны города, на Южных валах, всё было иначе. О том времени напоминает нетронутый бастион Панцерлакс, да каменное ограждение, возвышающееся сегодня над нашим портом. Старые валы, разобранные при расширении порта, простирались от таможенной конторы до перекрёстка Монастырской улицы (Выборгская) и улицы Надворного суда (Ладанова). Исчезновение валов, начавшееся перед мировой войной, заставило исчезнуть и любимый горожанами «народный парк», которого тогда не замечали, но потеряв его, стали ценить, но уже только память о нём.

В летние месяцы жители сейчас ищут пляжи, где можно было бы искупаться и берега, где можно провести жаркие выходные дни. Тогда, в маленьком городе, людям вполне хватало акватории у Южных валов. Здесь были купальни, лодочные пристани, а напротив, у мыса Терваниеми (Смоляной мыс), покачивались на глади воды белые яхты знатных членов Выборгского общества.

Южные валы за столетия своего существования были сильно подточены временем. Вода и ветра ослабили кладку и некоторые камни рухнули вниз. В этих проёмах образовались тропинки, по которым горожане спускались к берегу. Дети с удовольствием играли «на валах» или «под валами». Наверху по линии стен шла утоптанная, петляющая , поднимающаяся вверх и падающая вниз, тропинка, предоставляя гуляющим возможность посидеть на каменных выступах или на траве, окаймляющей эту дорожку. Внизу, прямо над линией воды, по уступам, образуемым каменной кладкой и почвой также шла узкая и извилистая тропа. Низкие, лежащие в воде камни и каменные выступы, уходящие в воду, представляли собой отличное место для полоскания белья, чем всегда пользовались хозяйки.

Красивыми летними днями весь берег под валами был занят стирающими женщинами, которые выполоскав белье расстилали его на газонах и камнях, а сами сидели неподалёку, наслаждаясь солнцем, морским воздухом и кофе. Дети в это время резвились в воде или пускали вдоль изрезанной линии залива кораблики, сделав из спички мачту, а из папиросной бумаги, снятой с найденного окурка, парус.

Весной на естественных газонах, разбросанных по валам тут и там, зацветали жёлтые цветы, которые девочки собирали в венки и радостно несли домой на показ своим родителям. По вечерам, когда на Терваниеми, в павильоне парусного общества начинал играть оркестр, на валах собиралась бесчисленная публика. Люди сидели, слушали музыку и смотрели, как бесконечные лодки и яхты тихо разрезают спокойные воды залива или маленькие, но крепкие буксиры тащат за собой вереницу барж, идущих с лесом из Сайменского канала. Иногда на Уурас и близлежащие острова проходил пароход, а вдалеке у Паппиланниеми стояли на якоре большие морские суда. Вечером над складами Терваниеми загорался красный закат, настраивая публику на романтику и мечтательность. Днём же в знойные летние дни под валами было «яблоку негде упасть» от купальщиков. Тогда, три десятилетия назад, здесь, в Финляндии, не знали, что существуют купальники, а ультрафиолет оказывает благотворное действие на тело. Самое большее, чем можно было заняться в общественных местах у воды это походить босиком по морскому дну. Никто не оголял торс и не работал в шортах. Но, тем не менее, на пляже люди оголялись в меру дозволенного. Купались прямо в одежде. Женщины, чтобы не намочить волосы, надевали на голову купальный чепчик. Впрочем и купаться можно было только рядом с купальными комнатами, которых здесь, под валами было четыре. Они предназначались для разных сословий и полов. С северо-запада на юго-восток они шли в следующем порядке: купальня для мужчин; для господ; для женщин; для дам. Купальни для мужчин и женщин были бесплатные. Господа и дамы платили по 25 пенни. За эти деньги они получали свой отдельный шкафчик и могли купаться на той части берега, где был песок. Мужская и женская часть берега была усыпана камнями. Отсюда были удалены лишь очень крупные валуны. Купальня для дам была аристократически изящна. Она располагалась ниже газового завода, в самом тихом месте. Купальня была окружена естественным парком из кустарников и деревьев, среди которого были проложены дорожки. Ещё десять лет назад за этим парком ухаживал садовник.

Песчаное дно в купальне для господ всегда вызывало тоску и вместе с тем восхищение маленьких мальчиков: «Вот бы мне там покупаться!». Те, у кого имелась лодка, могли в несколько гребков переправиться на западный берег Терваниеми, где был прекрасный мелкий и полого уходящий в воду песчаный пляж – рай для детей. Пляж принадлежал русскому военному ведомству, но военные никогда не прогоняли с пляжа случайных гостей. Для взрослых горожан эта военная территория была неизвестна и вызывала страх.

В августовские тёплые и спокойные вечера на Южных валах собиралось множество людей. С Терваниеми доносились звуки оркестра, а на спокойной воде покачивались десятки лодок, украшенных различными фонарями. Некоторые лодки были украшены цветами, другие напоминали лебедей или китайские беседки. Хозяева лодок были рады представить свои чудесные выдумки, а зрители переносились в мыслях в тёплые страны, где подобный способ досуга назывался «венецианская регата». Влюблённые парочки отходили по валам дальше, в укромные уголки, куда лишь слабо доносились звуки оркестра, а мерцание лодок на воде казалось далёким. Небо заливала луна, благоухала трава, а лёгкий морской ветер ласково трогал лица и локоны волос. Как прекрасна здесь мирная природа и близость любимой души!

Рассказы о бедных детишках, принуждённых играть на каменных мостовых или в замкнутых стенами домой колодцах тогда не относились к Выборгу, даже к самым бедным его обитателям. Это был настоящий маленький уютный город, где во все стороны света простиралась свобода – луга, леса и простор. Южные валы, призванные когда-то ограничить город, наоборот являлись пропуском, воротами в открытый и не познанный мир волн, ветра и солнца.

Сейчас всё не так! Вместо бастионов – каменный забор и новая улица, вместо лугов и скверов – мощные краны и портовые склады. А летние симфонии исполняют троса кранов и звуки лодочных моторов. «Венецианская регата» превратилась в ряд портовых фонарей и мерцающих на воде бакенов. На бастионе Панцерлакс появилось здание музея в стиле функционализма и прилизанный, чистый парк, который конечно красив, но нет в нём той золотой свободы. И не бегают сейчас здесь дети в догонялки и не играют в прятки.

Дети Южных валов стали уже взрослыми , а взрослые этих валов наслаждаются поздними вечерами своего преклонного возраста. Но когда эти люди встречаются, то их встреча начинается так: «Помнишь, как в старь на Южных валах….?»

Дмитрий Семёнов по материалам газеты «Каръяла», май 1933 года